Вы можете прислать нам новости или сообщить что-то очень важное заполнив форму.

Редактор:
Print Friendly, PDF & Email

Пиратство, право и бизнес

25 ноября, 2017

Мы живем в эпоху не только стандартов морали, но и в постоянной системной борьбе за лидерство, которые создают иллюзию права на законное попустительство того или иного явления. Скажем, если мы привыкли к таким понятиям, как «авторское право» и «пиратство», то так ли всё однозначно, если не использовать идеологию на оправдание существования одной и другой стороны одного явления?

Попробуем подойти к рассмотрению проблемы «от противного», от понятия «пиратство» с той точки зрения, что это целая система, которая ведет не только к нарушению чьих-то прав, лишая собственности на произведение, лишая авторов и правообладателей заработать на интеллектуальном труде. Но эта же система наделяет целую группу потребителей определенной зависимостью, выгодой от получения знаний, вещей, товаров, причем бесплатно или по минимальной стоимости, если это возможно.

«Авторское право» не ограничивается копированием файлов. Есть целые отрасли, где один изобретает, разрабатывает, а целый рынок копирует идеи и технические решения. Разве это не «пиратство» или грубо говоря «попустительство»? Автор книги может громко возмущаться, что пираты лишили его дохода, а иногда и желания работать, но тот же автор, на самом деле, обычный человек и вполне может купить в магазине кофемолку или костюм на какой-то праздник, которые производитель просто скопировал с оригинальной идеи другого производителя и как-то обкраденного автора это мало интересует, он готов участвовать своим кошельком в «попустительстве» на чужие права, при этом разглагольствуя о собственных.

Что мы вообще знаем о пиратстве, о клонировании, о копировании, о заимствовании… о нарушении авторских прав на интеллектуальную разработку?

Чтобы не распыляться, попробуем разобраться с контентом в области электронного чтения.

Потребительский рынок цифрового контента уже привык к тому, что понятие «пиратство» можно приравнять к двум равноудаленным принципам: «пираты» – это либо в доску «свои парни», либо те, кто «крадет» ради потребителя и обязательно «во вред» правообладателю, иное представить невозможно, ибо довольных финансовыми потерями от незаконного копирования практически нет, кроме потребителя, ибо «бесплатно».

Если представить, что пират «свой» и «чужой» одновременно, то становится понятно его «бесстрашие» и «безнаказанность» в этом процессе. А это гораздо больше, чем просто «взять и пользоваться». Это система, которая может работать и на правообладателя, в том числе.

Пиратство – это система морали и логики, где:

  • С одной стороны, всё понятно и логично. Да, воруют, но это же «выгодно», потому что «платить не надо» и кто-то «украл ради тебя и до тебя», а это есть «богатство» и «настоящий героизм» в то время, когда кругом всё дорого, а иногда и не продается вовсе. А потом, собственно, что воруют то? Это же не вещь, которая лежала у кого-то в доме и пришли мальчики с пиратской повязкой на одном глазу и украли. Нет. Пираты не воспринимают «копирование слов», как воровство «вещевой собственности».
  • С другой стороны, потребителя немного страшит осуждение правообладателя, но это же чувство еще и возбуждает интерес к накоплению файлов. Хочется не просто украсть, а владеть тем, за что платить не хочется и почти никто среди пиратов не требует оплаты. Просто приходи и бери как своё. Это немного страшно, особенно в рамках организации или состоятельного человека, которых можно поймать на нелегальном использовании контента и… не просто наказать, а прилично заработать на самоуверенности в том, что «так все делают». «Скопировать» можно на $100, а «погореть» на сумму, которую бы никогда не заплатил за всю жизнь!

Были в истории случаи, но видимо будут и впредь, когда пиратство используется как метод борьбы с конкурентами. Используется именно понятие «пиратство», а не «авторское право». В этой схеме работает «крышевание своих» и полное попустительство нарушения прав «чужих» авторов и издателей. Имитируется борьба за нарушение авторских прав пиратами, но по факту происходит вынуждение пиратов ограничивать распространение контента определенных авторов и издательств. То есть, надо понимать кого можно, а кого нет. Для подобных целей создается отдельная компания, где главной задачей афишируется борьба с пиратством. Создается иллюзия, что эта борьба носит глобальный, а не локальный характер. Привлекаются государственные и правовые рычаги, потому что с внешней стороны есть впечатление, что «эти ребята реально борются с пиратством». На самом деле авторское право устроено таким образом, что для защиты чьих-то прав, нужно передать это право на защиту, а его никто не давал. Что и требуется! Поэтому подобные компании «крышуют» только лояльных им и чаще создаются для защиты вполне конкретного издательства, финансируются этим издательством и желательно через дочернюю организацию, чтобы не было явной и прямой связи, чтобы не нарушать иллюзию глобально поставленной задачи.

Здесь может возникнуть законный вопрос: «а разве конкуренты не могут создать себе подобную защиту»? Ответ, конечно, логичный: «могут», но суть в другом! Задача компании занимающейся защитой прав авторов от пиратов в том, чтобы обозначить «пиратами» – конкурентов или расслабившихся партнеров.

Например, был в истории магазин, который продавал цифровой контент. Основная проблема подобных фирм в том, что они тратят много времени на получение прав для публикации. Нельзя просто так взять и выложить файл на продажу. Файл сам по себе действительно ничего не стоит. Для упрощения работы обычно стараются заключить пакетное соглашение с издательствами, у которых не один автор, а сотни и даже тысячи. Кроме того, подобным правом часто обладают и другие компании, продающие цифровой контент. Именно эта компания, раздающая права создаст условия, чтобы уничтожить продавца, заняв его место на рынке с тем же контентом и для этого нужно сначала заинтересовать в своих услугах, а потом отобрать рынок, обвинить в воровстве партнера, как конкурента. Мол, они пираты – раздают книги, кладут деньги себе в карман!

Метод прост – надо обвинить в том, что магазин не оплачивает авторам деньги за проданные книги. Чем больше предоставляется прав, тем большую сумму претензий можно выставить за нарушение прав. И тут есть хитрость в том, что финальная цифра претензий берется с потолка, но конкретно в данном случае она была взята в произвольной форме «по собственным продажам», которых никто не видел, они тоже условны и был озвучен «факт», что столько же должен продавать магазин-конкурент, ибо у них тот же список книг, а этого не происходит. При этом никто не догадался проверить бухгалтерию заявителя и ответчика по продажам, никто не учел, что книги могут и не продаваться вовсе, хотя существуют в каталоге на сайте, а «собственные продажи» часто формируются по другому списку книг, права на которые не были переданы магазину, но которые продаются откровенно лучше и вообще продаются, а не числятся на сайте.

Надо учитывать, что у разных магазинов могут быть диаметрально противоположные целевые группы потребителей. В одном магазине больше читают «фантастику», в другом «женские романы», а где-то успехом пользуются «узкоспециализированные» издания, остальное существует просто для количества ассортимента. На этом и были основаны претензии – обвинили за сокрытие прибыли при продаже «фантастики», а цифры претензии были определены по «женским романам». То есть разница между читателями детьми и взрослыми. Или еще проще, абсолютно иначе, сами заработали сумму с шестью нулями и заявили, что у подследственного магазина прибыль должна быть аналогичной. И тут легко понять, что если конкурент не привлекает рекламой к своему магазину, то фактически довольствуется прибылью от продажи случайно зашедшим потребителям и тем, кто предпочитает именно этот магазин. Вот элементарная и огромная разница в прибыли от одних и тех же книг.

Потребители тоже поверили в происходящее обвинение одного магазина к другому. Обвинитель, ретивый защитник авторских прав – это хорошо брендированный поставщик контента. Естественно, доверия к нему, как к известной организации, значительно больше. Так что значимость бренда это уже половина успеха в борьбе с конкурентами.

Подобные случаи борьбы с пиратством ради уничтожения конкурентов происходят и в области программного обеспечения, где факта продажи контента нет, но есть причина для претензий в том, что программа «обучает использовать» или «укорачивает путь» к пиратскому контенту. Усугубляется проблема тем, что авторы программы не могут оперативно внести исправления во все копии программы, пока ее не обновит потребитель. То есть, при возникновении претензии от «защитника прав» можно внести исправления, но они не дойдут до всех потребителей, а «защитник прав» умышленно не обновляет программу, чтобы предъявить факт нарушения прав его собственности. Разработчик программы становится заложником ситуации и теперь ему можно ставить условия «сотрудничества» – заменить ссылку на магазин, вместо пиратского источника.

Был случай, когда автор программы внес исправления, «защитник прав» обновил эту программу, убедился в отсутствии повода для претензий и… все равно подал в суд! Разработчик долго не понимал причин для продолжения преследования, а она нашлась в официальном магазине по продаже программ, на снимке экрана, который показывает возможности программы, хотя эта функция была изъята! У «заявителя» не было задачи «защитить» авторское право, его интересовало только «наказание» за факт пиратства и это при том, что сама программа не распространяла контент, а имела встроенные возможности, как браузера, дотянуться до пиратского контента через ссылку на него.

Обычно в такие моменты у читателей подобных статей возникает законное негодование в стиле: «ломать не строить» или «разрушим до основания, а затем, мы наш, мы новый мир построим…».

Создается иллюзия, что подобное происходит только у «нас», но это не так! Хочется процитировать одну из книг известного маркетолога Тома Питерса из серии «WOW», который, так или иначе, описывает все эти приемы в мировой практике за последние 60-70 лет: «поступай с конкурентом так, как он мог бы поступить с тобой»! Здесь ключевое слово не «поступил» в прошедшем времени, а «мог бы поступить». Это вероятно возможное действие, связанное с нападением «до», а не «после» события. О честности и порядочности в бизнесе нет ни одного слова, эти термины применяются обычно к потребителям, а не к конкурентам, чтобы убедить в существовании подобных качеств.

Так и пиратство используется как вероятно возможный факт нарушений авторских прав, хотя на практике их может не существовать вовсе! Этот прием всего лишь грязный трюк в борьбе с конкурентами.

У читателя этой статьи не должно складываться иллюзий, что пиратство это плод воображения владельцев прав и дальше по цепочке заинтересованных в извлечении прибыли от продажи книг. Пиратство можно еще представить как хобби, удовольствие, какое-то простенькое занятие. Кто-то марки собирает, а кто-то файлы коллекционирует. Пусть их книгами называют, но это файлы. Книгой становится контент. Если бы можно было написать «Книжную Библию», то смысл свелся бы к первым строкам Евангелие от Гуттенберга: «В начале был Контент, и Контент был у Автора, и Контентом была Книга, которую стал продавать Издатель».

Реальным «пиратским» распространением контента можно признавать ситуацию тогда, когда действие является публичным актом.

Пиратство это еще акт дружеского «признания» потребителями и врагами для продавцов, да и вообще, самой идеологии продажи файлов. Среди сторонников пиратства есть свои еретики, а среди издателей инквизиторы. Легко догадаться, что в этой религиозной войне будут страдать праведники. Сначала файлы не продаются и пираты являются активистами движения, потом файлы не просто продаются, а цена постоянно растет вместе с четким убеждением потребителей, что пираты по-прежнему отличные парни!

Можно сказать, что во всем виноваты деньги, но исторически раньше – нищие книг не только не читали, но и не писали. Автор практически всегда, за редким исключением, был состоятельным человеком. Ему не страшно было терять прибыль на нищих, которые не могут платить за книги, но по какой-то причине считают их «благородной ценностью», но зато можно нажиться на театре, узнав реакцию полуголодной толпы.

Время изменилось. Книги стали не только основой образования, культуры, но и часто бесполезным продуктом для тех, кто черпает из Интернет фрагментарную информацию и может складывать в голове последовательность цепочки знаний в нечто удобоваримое. Книга стала не только плохо конкурировать, но и перестала быть ценностью, что добавляет лишние балы на пользу пиратства.

В действительности, книга это социальное явление. Возрождение ценности книги, её значимости, важности в образовании и карьере зависит целиком от общества, а не социальных классов.

И правда в том, что общество перезрело к книгам, а иные источники еще вяло сформированы. Электронный контент не исключение и интерес к чтению упал сразу после спада тренда по продажам специализированных устройств. Они очень сильно зависят от инноваций технических характеристик, которые по сути не менялись с момента перехода от экранов первого поколения к экранам с подсветкой. Оказалось, что спрос на пиратство сократился до лучших времен, а магазины пока не могут сознаться, что и их продажи упали, а скандалы с «воровством контента» уже мало кого интересуют, чтобы использовать это в качестве рычага на спрос потребителей. Сложно достучаться до совести не потому что её нет, а потому что это ничего не значит, это не вещь!

Как окончательное следствие, упал и спрос на юридическую защиту от пиратства. Создана структура, на которую потрачены деньги и люди продолжают получать зарплату хотя бы за мониторинг рынка, но без острого спроса на пиратский контент смысла в этом уже тоже нет.

«Пиратство» оказалось не только вредным явлением для коммерции и доступным способом для любителей получать всё бесплатно и сейчас, но это еще мониторинг состояния рынка. Когда спроса нет на контент, пираты это замечают первыми, а магазины могут поднять цены и какое-то время надеяться, что высокий спрос когда-нибудь вернется, а пока потери прибыли можно компенсировать за счет высокой маржи.

Стоило бы закончить статью раньше, но есть еще один вопрос, который мне интересен, как её автору – куда делись те самые маркетологи и пиарщики, которые так хвастались своей работой, в то время, когда требуются их таланты по подъему интереса к контенту или устройствам?


 
 

Комментарии к сообщению “Пиратство, право и бизнес”

  1. Слово:

    Зри в корень.
    Капитализм построен на воровстве в виде добавочной стоимости на товар. Читайте книжку «Капитал» Карл Маркс.
    При этом имущественные права на произведения 70 лет, это сколько поколений человек не должны иметь права на свободный доступ к информации?
    А так же продажа книг свободного доступа по ценам в 3-4 раза дороже издательских новинок с имущественными правами. Когда автору уже не нужно отчислять роялти. И кто после этого эти Каперы?

  2. МАркетологи и пиарщики ищут новую нишу, где можно за чужой счет набивать свои карманы.

  3. Tita_M:

    Как-то пессимистичненько. У литреса, например, выручка только растёт «ЛитРес заработал рекордную выручку по итогам I полугодия 2017 года» https://www.litres.ru/pages/cms/?page=8414
    Владимир вы хотите сказать, что лет через пять у таких компаний как литрес будут убытки? И главное: они будут связаны именно, что с потерей интереса к чтению, а не дальнейшим ухудшением экономической ситуации в Мире и России?

    • Lecron:

      Слабо понимаю связь между убытками и экономической ситуацией. Поясню.
      Она конечно есть, если жрать нечего, не до книжек. Но вроде на этот уровень пока не катимся. А электронно-книжный бизнес, это бизнес, содержащий минимум технологичного вклада. Основное — труд людей. Отсюда следствие — если доходы всех участников цепочки будут сопоставимы, никакой угрозы.
      Допустим, продаем в богатой стране книгу автора, жителя этой страны, за Х денег, составляющих N-ую долю среднего/медианного дохода населения. Этим мы обеспечиваем автору, работникам и владельцу издательства, определенный доход, который неким образом позиционирует их среди всех работников этой богатой страны. Едем в бедную страну. Если мы продадим книгу автора из этой страны, за У денег, которые составляют аналогичную N-ую долю дохода населения этой бедной страны, мы обеспечим аналогичное же позиционирование авторов, работников и владельцев издательств, только уже по отношению к жителям бедной страны. Конечно есть разница в налогах, стоимости электричества, надо покпать ПК, но это детали. Принципиальной разницы нет. И там, и там, будет прибыль.

      • Tita_M:

        >И там, и там, будет прибыль.

        Не прибыль, а доход, т.е. продавать чтобы получить прибыль нужно строго больше определённого, некого минимума, количества книг. Вот литрес из ссылки выше только в 2015 вышел в плюс при выручке в 1млрд. руб и это ЕМНИП почти за десятилетие существования сервиса. Важно ведь ещё сколько этих книг продаётся по этим самым ценам Х и У. Ведь если общая платежеспособность населения упадёт особенно в «жирном» на покупки месте, то может упасть и доход. Ну или если будет происходить потеря интереса может произойти тоже самое.

  4. Lecron:

    «О честности и порядочности в бизнесе нет ни одного слова, эти термины применяются обычно к потребителям…»
    Лучше сказать невозможно. Потребитель должен быть честным, не пиратить, платить столько сколько мы запросили или не покупать, а у нас руки развязаны. Забывая, что хочу получить больше, делая меньше, свойственно всем. И бизнесмен в одном, является покупателем в другом.
    Не хватает прозрачности и честности всем сторонам.

    А по поводу обоснований сумм претензий правозащитников: Евросоюз потратил $400 000 на исследование, доказывающее, что пираты не влияют на продажи цифрового контента.

    • Tita_M:

      >что пираты не влияют на продажи цифрового контента

      Ага-ага. Наверно такие легендарные студии-разработчики игр как Black Isle Studios, Troika Games разорились от невостребованности и общей унылости их игр. К этому добавим кучу знаменитых снгшных студий типа создателей вангеров и периметра, казаков, сталкера, аллодов, которые теперь клепают поделки для мобилок или вообще в онлайн ушли.

      • Lecron:

        А причем тут это? Сравнивая данные по разным странам Евросоюза, с разным уровнем пиратства, аналитики пришли к выводу «Результаты не показывают прямой и заметной зависимости между уровнем пиратства и объемом продаж лицензионного контента.» Т.е. перечисленные вами студии, не получили бы прирост базы, чтобы им не казалось и как бы не мечталось.

        • Tita_M:

          Это исследование какое-то поверхностное и как мне кажется не отражает реальности да и всего одно. Ведь простой мысленный эксперимент показывает, что если бы вдруг все пираты перестали бы полностью воровать, то у них был бы единственный выход — полностью прекратить играть в игры, читать электронные книги, слушать музыку и т.д. А такой своеобразной информационной депривации не выдержат очень многие и попросту, если убрать все препятствия, будут вынуждены покупать лицензионный контент, т.е. мы получим прирост этой самой базы.

          • Lecron:

            Позволю себе ответить комментарием из обсуждаемой статьи. То есть, вы утверждаете, что пиратство влияет на продажи контента, но при этом обнаружить это влияние не возможно (хотя для популярных фильмов почему-то возможно)?
            Понимаю, что отбросить данные противоречащие собственным убеждениям, или голословно дискредитировать их, мол поверхностное, проще всего. И снова цитаты:»В заключение стоит сказать, что исследование проводилось вовсе не приверженцами пиратства. Работа велась серьезными специалистами с большим опытом, которые показали объективные результаты своей работы во многих других проектах.» и «документ все же был выложен в открытом доступе. Он состоит из 304 страниц, в нем содержится масса интересной информации.»

            • Tita_M:

              >голословно дискредитировать их

              Но я не голословен. Я привёл простой мысленный эксперимент который показывает, что при полном истреблении возможности воровать. Пират ВЫНУЖДЕН будет покупать контент, просто потому, что без игр, музыки, фильмов компьютер окажется бесполезным для него ящиком, т.е. хочет он или нет, но в этом случае он принесёт дополнительный доход.
              И я не хочу делать выводы на одном единственном исследовании, которое по сути может служить оправданием повального воровства обычных пользователей. Вот если бы их было бы достаточное количество можно было бы уже без особых сомнений делать какие-то выводы.

              • Джим:

                Если сейчас, например, запретить пиратство, то лично я стану читать книги, которые у меня уже скачаны. Их, думаю, до смерти хватит. Если вообще нельзя будет пользоваться такими книгами, буду классику читать. И выборочно что-то покупать. Но я и сейчас что-то покупаю. Играми буду пользоваться условно-бесплатными, их полно. Фильмы — ну не буду я смотреть тот хлам, который я сейчас смотрю. Изредка буду покупать диски и ходить в кино. Буду дисками обмениваться. Но я и сейчас хожу в кино иногда.

  5. Арсен:

    Купленная и прочитанная книга — не одно и то же. Раз интеллектуальная собственность — это нечто иное, чем материальная, то надо платить за её приобретение по факту потребления. То есть, прочитал книгу — заплатил.

Оставить комментарий

Подписаться на комментарии к этой статье по RSS.


Вы можете прислать нам новости или сообщить что-то очень важное заполнив форму.